Чтобы попасть в Ауэ-Бад-Шлему на общественном транспорте, проще всего проехать через Хемниц: в 2018-м там случился один из самых крупных антимигрантских погромов в Германии, а в прошлом году он стал культурной столицей Европы. На вокзале нужно пересесть либо на автобус, либо на специфический местный транспорт — «трамвай дальнего следования». Дорога на том и другом занимает еще час. 

Ауэ-Бад-Шлема веками был шахтерским городком, точнее, двумя: Ауэ и Бад-Шлему объединили только в 2019 году, теперь это один из крупнейших населенных пунктов Рудных гор, 19 тысяч человек. Именно из этих краев происходит традиционное приветствие немецких шахтеров Glückauf — сокращение от Ich wünsche Dir Glück, tu einen neuen Gang auf — «Желаю тебе удачи в поисках пути». Значение у этого пожелания двойное: успешно найти руду — во-первых, вернуться обратно на поверхность — во-вторых. Таблички с этими словами и перекрещенными шахтерскими кирками и молотами то и дело попадаются на зданиях. 

Первый тур выборов в Ауэ-Бад-Шлеме прошел в воскресенье 10 мая, я приехал сюда несколько дней спустя на Вознесение: праздник, выходной день, еще и дождливый — утром на улицах Ауэ, более населенной части города, почти нет людей, магазины и кафе почти все закрыты. О прошедшем голосовании напоминают многочисленные плакаты с лицами кандидатов на придорожных столбах. Бросается в глаза, что у кандидата от христианских демократов Маркуса Хоффманна о партийной принадлежности напоминает только небольшая аббревиатура — ХДС — в верхнем углу. Нынешний обербургомистр Генрих Коль управлял сначала Ауэ, а потом объединенным городом четверть века, с 1999 года; в этот раз он не баллотировался. Его однопартиец Хоффманн занял второе место, набрав 23,6%. 

«Сакзит» 

А победу одержал Штефан Хартунг, набравший 29%. Ему 37 лет, после недолгой истории в молодежном ХДС он в 2005 году вступил в крайне правую Национал-демократическую партию, четыре года спустя впервые избрался от нее местным депутатом, в 2019-м впервые баллотировался на пост обербургомистра и уже тогда набрал 19%, но это был всего лишь третий результат. Хартунг обещает городу «надпартийную перезагрузку», но баллотируется от ультраправой партии «Свободная Саксония», которая, среди прочего, выступает за выход этой федеральной земли из состава ФРГ (с участием саксонского королевского дома в определении будущего своих прежних подданных). В прошлом он устраивал факельные шествия к центру приема беженцев, а в период пандемии — демонстрации против коронавирусных ограничений. Саксонское Ведомство по защите Конституции цитирует Хартунга: «С каждым днем в этой радужной психушке я все больше проникаюсь идеей “Сакзита”».  

Разговорились о результатах выборов с мужчиной, продававшим колбаски и стейки возле местного Penny. Он служил в бундесвере в Афганистане и, понижая голос, говорит: «Теперь они устраивают здесь Афганистан». Кто такие они, сомнений нет. Он уверяет: вот если бы тут началась война, то уж он-то, конечно, сначала отправил бы в безопасное место женщин и детей, а потом, в самом крайнем случае, поехал бы сам — а они делают ровно наоборот. 

«Чрезвычайная ситуация в сфере миграции» 

«Слишком много иностранных молодых мужчин», — заключает мой собеседник. На самом деле в районе, где расположен Ауэ-Бад-Шлема, доля иностранцев всего 3,5% — это один из самых низких показателей в Германии. Правда, в самом городе их 8,9% — но это все равно меньше, чем по стране в целом — 14,5% (данные на 2023 год).  

Это не помешало «Свободной Саксонии» еще год назад инициировать в городском совете резолюцию о «чрезвычайной ситуации в сфере миграции», которую поддержали единогласно все депутаты — включая христианских демократов и «левых». Поводом стала вспышка молодежного насилия в самом центре города, на Постплатц, которая продолжалась несколько месяцев. Свидетельства стычек разлетелись по соцсетям — и из этих же роликов сложилось впечатление, что участие в них принимают сплошь мигранты, хотя местные в разговорах с журналистами признавались: хватало и «немцев». Наибольший резонанс вызвал ролик с поножовщиной, появившийся в конце января 2025 года: там один мигрант полоснул по лицу другого.  

Источником напряжения считали работавший в городе еще с 2015 года приют для несовершеннолетних иностранных детей и подростков, оставшихся без опеки. Но как раз в январе 2025-го он был расформирован: воспитанников — а их было, на самом деле, меньше двух десятков — раскидали по другим учреждениям региона. Тем не менее власти утверждали, что молодые люди продолжали собираться на площади, которую к тому времени стала все чаще выбирать для своих разборок агрессивная молодежь из окрестностей.  

Шесть человек были в итоге арестованы в течение нескольких следующих месяцев, но принятие антимигрантской резолюции это не остановило — и в нынешних результатах трудно не услышать эхо тех событий. Из которых «Свободная Саксония» и год спустя извлекает максимальную пользу: на выборах в городской совет в 2024 году за нее проголосовало 12,4%, а меньше двух лет спустя ее кандидат получил почти 30%. 

Как на курорте

Если не знать всех этих подробностей, то даже дождливым майским утром Ауэ-Бад-Шлема кажется местом почти идиллическим. В Ауэ доминирует архитектура второй половины XIX века, когда город пережил расцвет благодаря горнодобывающей промышленности, вокруг покрытые свежей зеленью холмы (слово «горы» для этих мест все-таки излишне комплиментарно, самая высокая точка — 1214 метров), весело несутся сразу две речки. Но в газетных статьях, рассказывающих о правом радикализме в этих местах, в качестве иллюстрации то и дело используются фотографии трех бетонных многоэтажек на 562 квартиры, возведенных во времена поздней ГДР. Они и правда смотрятся несколько несуразно, даже угрожающе, построенные на одном из холмов и потому словно доминирующие над остальным городом. 

На получение квартиры с центральным отоплением, горячей водой и канализацией могли рассчитывать, в первую очередь, товарищи, которых страна «реального социализма» особенно привечала: члены партии, полицейские, учителя, шахтеры, футболисты местной команды. Если подняться наверх в квартал с бетонными блоками, там даже по-своему живописно. 

И уж совсем как курорт выглядит Бад-Шлема — вторая, поменьше, часть объединенного города, где на одной из окраинных улочек и располагался приют для несовершеннолетних мигрантов. Курорт это и был, с радоновыми ваннами — пока здесь же не были найдены запасы урановой руды и после войны сначала советские оккупационные власти, а потом правительство Восточной Германии не наладили ее добычу для нужд атомной промышленности СССР. 

«Долина смерти» 

Новая отрасль радикально изменила местность: месторождение было одним из крупнейших в мире, многие природные ландшафты в процессе разработки были уничтожены, а окрестности стали сплошь режимными (возле Ауэ, тогда отдельного города, добыча тоже велась). Броские прозвища этих мест варьировали в диапазоне от «клондайка в Рудных горах» до «долины смерти». 

Так или иначе, на десятилетия местные жители были обеспечены работой, пусть и не самой полезной для здоровья. После распада соцблока и объединения Германии не стало и этого, и если доля иностранцев в Ауэ-Бад-Шлеме ниже, чем средняя по Германии, то безработица, наоборот, выше: 9% против 6%. И все эти годы численность населения города неумолимо снижается, и началось это не пять и не десять лет назад, и даже не после объединения Германии, а еще в 1950-е. С тех пор население каждый год уменьшается, в среднем, на полсотни человек. 

В новое время в рекультивацию этих мест были вложены миллиарды евро, на этот год намечена полноценная реновация большого ландшафтного парка, кругом симпатичные коттеджи, еще более живописный вид на холмы, никакого намека на marode Infrastruktur — разрушенную инфраструктуру, которой среди прочего часто объясняют общественную депрессию на востоке Германии. 

Если спуститься ниже, попадаешь на «Площадь новой родины», где установлен каменный обелиск. Один за другим на нем перечислены регионы Восточной Европы, откуда миллионы немцев — мужчин, женщин, детей — были изгнаны после Второй мировой войны, чтобы найти новый дом в том числе в этих краях. Памятная надпись призывает не забывать и о тех местных жителях, кто был насильственно переселен ради увеличения урановой добычи. «Против войны, насилия и насильственного выселения», — гласит табличка.  

У одного из горожан, с которым тоже удалось разговориться о политике, спрашиваю, почему за кандидата от «Свободной Саксонии» отдали больше голосов, чем за представителя «Альтернативы для Германии», которая громко выступает за так называемую «ремиграцию»: 

— Ну, я не голосовал ни за того, ни за другого, — смеется. — Мне кажется, многие считают, что АдГ, в принципе, такая же партия истеблишмента, как остальные, борется за власть и всё. А многие тут хотят, чтобы все думали только о них. 

По разным корзинам 

Кандидат от «Альтернативы» Ларс Бохманн, как и Хартунг, заседает в городском совете, но центр его деловой и политической активности находится в паре десятков километров к северу — в городе Цвиккау, где расположено одно из крупнейших производств Volkswagen на востоке Германии. Именно там несколько месяцев продолжалась его главная борьба — за попадание в Betriebsrat, производственный совет завода по типу профсоюза, с которым руководство, по немецким законам, обязано консультироваться при принятии ключевых решений. Совет избирают сотрудники предприятия, и в марте список «Альтернативы» во главе с Бохманном эти выборы проиграл. Похоже, ни тем, ни другим избирателям не понравилось, что он раскладывает их, словно яйца, по разным корзинам. 

Вечереет, пора обратно. В том самом «трамвае дальнего следования» сидит большая и шумная компания молодежи вполне европейского вида, ноги в проходе, убирают в самый последний момент. Уже присев, замечаю, что в ту же дверь, что я, заходит пара: женщина в платке с мужчиной. Смотрят вперед, очевидно, оценивают обстановку, выходят наружу и проделывают весь путь мимо этих веселых ребят по платформе, чтобы войти уже в переднюю дверь. 

Второй тур выборов в Ауэ-Бад-Шлеме пройдет 7 июня с участием Штефана Хартунга из «Свободной Саксонии» и Маркуса Хоффманна от ХДС. По непривычным местным законам принять участие в них могли все кандидаты, которые баллотировались в первом туре, но двое снялись в пользу христианского демократа Хоффманна, а Бохманн из АдГ хоть и снялся, но пока не объявил, кого поддержит.