Медиа

«Вакцина — это мы!»

Сегодня в Германии живет почти три миллиона людей турецкого происхождения — 3,5% от всего населения страны. Кто-то из них родился в Турции и вырос там, а кто-то даже никогда не бывал в стране своих родителей или бабушек и дедушек. Если «турецкому» населению Германии и попытаться дать общую характеристику, то она будет такая: все очень разные. 

Особенно заметны различия между поколениями. Согласно исследованию, проведенному в 2015 году Федеральным агентством по миграции, те, кому сейчас от 30 до 40 лет, существенно лучше образованы, чем их родители (от 55 лет и выше), живут в более просторных квартирах и меньше страдают от безработицы. Дети бывших гастарбайтеровГастарбайтеры — рабочие, приехавшие в ФРГ из других стран, в соответствии с межгосударственным договором. Большинство из них составляли уроженцы Италии и Турции. Предполагалось, что гастарбайтеры отработают в ФРГ несколько лет, после чего вернутся на родину. Большинство так и сделало: из 14 миллионов человек, приехавших на работу в Германию с 1955 по 1973 год, 11 миллионов вернулись. В 1973 правительство ФРГ прекратило централизованное привлечение зарубежных рабочих, но оставшимся, наоборот, разрешили привезти в страну родственников. Для них Германия стала страной постоянного проживания, для их детей и внуков — родиной, однако в немецком медийном дискурсе их все равно нередко называют мигрантами. — турецких рабочих, прибывших в ФРГ в 1970-е годы, — чаще читают немецкие газеты и смотрят немецкое телевидение, больше общаются по-немецки и, столкнувшись с необходимостью выбрать гражданство, намного чаще решают в пользу паспорта ФРГ — а не Турции.

И тем не менее в общественном мнении — да и в политической риторике, особенно правопопулистского толка — «турки» нередко выступают в роли «проблемной» или даже «отсталой» части населения, которой спустя много десятилетий так и не удалось полностью интегрироваться в немецкое общество. В качестве аргументов чаще всего приводится то, что выходцы из Турции склонны к геттоизации (то есть живут скученно и не выходят за пределы своих районов), живут на государственное пособие, не признают равенство женщин и мужчин — и, наконец, сочувствуют исламскому радикализму. 

Проблема еще в том, что с негативным опытом мигранты сталкиваются и в повседневной жизни: во взаимодействии с государственными службами (например, запросы, подписанные турецкими именами, обрабатываются хуже, чем запросы от граждан с типично немецкими именем и фамилией), на работе, на рынке недвижимости — и в других обстоятельствах. 

Наконец, в последние годы ситуация дополнительно усложнилась из-за отношений Германии с Турцией. При Реджепе Эрдогане Турция взяла авторитарный и антизападный курс, и при этом турецкие граждане, живущие в Германии, судя по результатам выборов, поддерживают его даже сильнее, чем в самой Турции. В то же время, став перевалочным пунктом для ближневосточных беженцев, Турция усилила зависимость Европы от себя. Это вызывает дополнительную тревогу среди немецких политиков.

И вот весь мир облетела новость о первой вакцине от коронавируса, испытания которой подтверждены на всех этапах. Компанию, которая ее выпустила, создали Уур Шахин и его жена Озлем Тюреджи — немцы турецкого происхождения, что подчеркивает и немецкая, и мировая пресса. Однако многие сейчас задаются вопросом: а нужно ли вообще фиксироваться на этнических корнях ученых? Не является ли это само по себе стигматизацией? Еще весной об это размышляла журналистка Хатидже Акюн в колонке для газеты Tagesspiegel.

Источник Der Tagesspiegel

Уур Шахин и Озлем Тюреджи @ BioNTech
Никогда бы не подумала, что способна прийти в восторг от одних только «особых букв» немецкого алфавита: Ğ с галочкой, Ş с завитушкой и изобилия бесконечных Ö и Ü!

Не хватает только моего родного Y, но он всегда со мной. Впрочем, прошу прощения, что я вываливаю на вас свои восторги, — многие из вас, вероятно, даже не знают, о чем речь. 

Добавлю саспенса: готова поспорить на всю свою внушительную коллекцию ножей для дёнераДёнер (нем. Döner) — блюдо, похожее по составу и принципу приготовления на шаверму (шаурму), но отличающееся от нее некоторыми ингредиентами. Денер — мясо, обжаренное на специальном вертеле и, как правило, подаваемое в тонкой лепешке или лаваше, — появился на улицах немецких городов (прежде всего Западного Берлина) в 1970-х годах и вскоре стал неотъемлемой составляющей повседневной жизни и одним из самых популярных видов фастфуда, наряду с колбасками и различными сэндвичами., что сейчас каждый гражданин Турции и всякий выходец из этой страны в любой стране мира точно знает, что — или кого — я имею в виду и что это за шифр — Ğ, Ş, Ö и Ü. Вспомним, как некогда немцы откликнулись на новость о новоизбранном папе Бенедикте XVI: «Мы — папа римский». Так вот: Мы — вакцина!

Но давайте по порядку. Главная новость в том, что первые клинические испытания вакцины против коронавируса официально подтверждены. Фирма BioNtechBioNTech — немецкая биотехнологическая компания, основанная в 2008 году в городе Майнц учеными Ууром Шахином и его женой Озлем Тюреджи, а также Кристофом Хубером. Специализируется на исследовании и производстве препаратов на основе РНК для индивидуальной онкотерапии, а также для вакцин от некоторых инфекционных заболеваний. В 2020 году совместно с компанией Pfizer стала первой, кто изготовил вакцину от коронавируса, успешно прошедшую третью, заключительную, стадию клинических испытаний. из МайнцаМайнц (нем. Mainz) — столица федеральной земли Рейнланд-Пфальц на западе Германии, население — 218 тысяч человек. Город был основан римлянами в I веке до нашей эры в качестве крепости для защиты от германцев. Именно в Майнце Иоганн Гутенберг создал свой печатный станок. В годы Второй мировой войны из-за большого числа военных заводов город был серьезно разрушен бомбардировками союзников. Сегодня город известен как один из центров немецкого виноделия. получила право тестировать на добровольцах свое вещество BNT162 — прививку от Covid-19.

О начале проверки на переносимость и эффективность в конце апреля объявил основатель компании BioNTech. Его зовут Uğur Şahin. 

Если вам трудно понять, как это имя произносится, как прочесть Uğur Şahin, — я вам помогу: Уур Шахин. G с галочкой — немое, его не произносят, но зато стоящий за ним гласный тянется. А S с хвостиком звучит как «ш». 

Ну хорошо, спросите вы, а что там за Ö и Ü? Так вот: соосновательница и медицинский директор BioNTech — Озлем Тюреджи. Özlem Türeci. Турецкое Z произносится как «з», но чуть-чуть помягче. Звук C в Türeci — как «дж» (джунгли/джян).

Мало того! Можно подумать, что теперь Амур заведует не только любовью, но и наукой: эти двое ученых — муж и жена. 

Как если бы одного этого было недостаточно для того, чтобы исчерпать все мировые запасы счастливых случайностей, фирма BioNTech разместилась в Майнце по адресу An der Goldgrube, буквально — «у Золотой горы». Именно так: адрес компании — «Золотые горы, 12». Мы, турки, вообще не верим в совпадения — но верим в кисметКисмет — турецкое слово, в XIX веке пришедшее в некоторые европейские языки (в частности, в английский) в значении, близком к «судьбе», «удаче», «счастливому случаю». В свою очередь, в турецкий язык оно пришло из арабского, где значило «участь», то есть часть, доставшуюся человеку..

А теперь серьезно: прошло столько лет, а турецких мигрантов Германии все еще воспринимают как неудачников, у которых так и не получилось интегрироваться в немецкое общество. Годами в них отказываются видеть кого-то, кроме девиц в хиджабах, якобы воспроизводящихся поточным методом, и полуграмотных продавцов зелени. Смертоносные теракты, такие как недавние убийства в Ханау19 февраля 2020 года террорист-одиночка, 43-летний Тобиас Ратьен, устроил стрельбу в двух кальянных в немецком городе Ханау (федеральная земля Гессен). Десять человек погибли. Следствие считает, что у преступления были ксенофобские мотивы. Подобно некоторым другим преступникам, совершившим подобные злодеяния, Ратьен перед резней составил манифест и опубликовал видео с обоснованием своих действий. или преступления подпольной террористической ячейки NSU («Национал-социалистического подполья»)«Национал-социалистическое подполье» (нем. Nationalsozialistischer Untergrund, NSU) — правоэкстремистская террористическая группировка, действовавшая в 1998–2011 годах. В 2018 году был завершен громкий судебный процесс по делу некоторых из участников, в частности Беаты Шцепе, которая была признана виновной в совершении десяти убийств и приговорена к пожизненному заключению. Кроме того, группировке приписывают два теракта в Кельне и 15 разбойных нападений в разных городах Германии.   вынуждают их бояться за свою жизнь. Им приходится переносить ежедневную дискриминацию и притеснения. На таком фоне имена Уура Шахина и Озлем Тюреджи — это бальзам для израненной турецкой души. 

Семья Шахина приехала в Германию с юга Турции. Кандидатскую диссертацию он защищал в Кельне. Семья Тюреджи приехала из Стамбула, ее отец работал в Нижней Саксонии, был сельским врачом. Она училась в университете ХомбургаСаарский университет — единственный университет в федеральной земле Саар, кампусы которого расположены в городах Саарбрюкен и Хомбург. Был основан в 1948 году при поддержке французских властей, которые после окончания Второй мировой войны и вплоть до 1956 года контролировали регион. До сих пор сохраняет значительную долю франкоязычных преподавателей и студентов. Численность учащихся на 2019 год составляла около 17 тысяч человек. Широко известен прежде всего благодаря образованию и исследованиям в области информационных и биотехнологий. в федеральной земле СаарСаар (нем. Saarland) — самая маленькая по площади федеральная земля в Германии, граничит с Францией, столица — город Саарбрюкен. Численность населения — 986 тысяч человек . В XVIII–XIX веках территория современного Саара в разные периоды входила в состав Франции и Германии. После Первой мировой войны находилась под международным управлением, пока не вернулась в состав Германии при нацистах. После Второй мировой войны была французским протекторатом, пока в 1956 году по договору между ФРГ и Францией не вошла в состав Западной Германии., где и познакомилась с будущим мужем. 

Оба — дети турецких мигрантов, граждане Германии и ученые с мировым именем. Фирма BioNTech, основанная Шахином, Тюреджи и иммунологом Кристофом Хубером в 2008 году, в обычных условиях специализируется на методах лечения рака. 

«Ну, так они немцы» или «Ну, так это нормально» — видела я и такую реакцию на охватившее соцсети ликование немецких турок. Но это явная неправда. Стоит только вызвать в памяти все те негативные клише, которые постоянно задействованы в предвыборной борьбе. 

Многие люди с турецкими корнями сейчас чувствуют радость за ученых, чья работа получила признание, — но и гордость от того, что турецкие имена будут теперь связаны с появлением вакцины. 

Я знаю, как трудно принимать перемены. Но разве именно сейчас у нас не появился наконец идеальный повод для того, чтобы перестать видеть в мигрантах проблему немецкого общества — и увидеть в них реальный шанс?

Как прекрасно было бы, если бы каждый из нас отвечал только за то, что сделал сам, — а не за то, откуда приехали наши родители. Символом таких перемен стали Уур Шахин и Озлем Тюреджи. 

читайте также

Gnose

Любовь к ближнему: как христианские церкви Германии помогают беженцам

«Там, где государства не справляются, должны действовать церковные организации», – считают христианские богословы Германии. Теолог Наталля Василевич о том, как немецкие протестанты и католики организуют помощь беженцам. 

Гнозы
en

«Немецкая федерация» против пандемии

Лейтмотив российских новостей о борьбе Германии с эпидемией — Ангела Меркель что-то решила: усилить карантин или облегчить его. С российской точки зрения, в этом нет ничего необычного, но в самой Германии Меркель обвинили в том, что она занялась строительством «вертикали власти». Примерно в этом канцлера упрекнул лидер оппозиционной Свободной демократической партииСвободная демократическая партия (СвДП) — немецкая политическая партия, основанная после Второй мировой войны и отстаивающая принципы классического либерализма. Четырежды в истории ФРГ была младшим партнером по правительственной коалиции (в основном, с ХДС/ХСС). Выступает за ограничение влияния государства в экономике, снижение налогов, стимулирование инноваций как способ преодоления экологического кризиса, усиление европейской интеграции. С 2013 года партией руководит Кристиан Линднер.  (СвДП) Вольфганг Кубицки в конце апреля 2020 года. Поводом послужили неоднократные совещания канцлера с премьер-министрами федеральных земель для обсуждения дальнейших действий во время пандемии коронавируса. Такие консультации не предусмотрены конституцией ФРГ, и Вольфганг Кубицки выступил с критикой: «Даже канцлер не может быть выше закона. Во время коронакризиса Ангела Меркель претендует на административные полномочия, на которые не имеет права. По закону, защита от инфекционных болезней входит в сферу ответственности федеральных земель»1.
Правда, широкой дискуссии замечание оппозиционного политика не вызвало. На этих совещаниях вырабатывались лишь общие принципы, а конкретные решения по их реализации принимались на уровне федеральных земель: В Баварии, например, ношение масок стало обязательным, тогда как в Берлине эта мера введена с ограничениями (и действует, например, в общественном транспорте). Мало кто в Германии думает, что федеральное правительство и лично Меркель берет на себя слишком много — зато иногда говорят о недостатках «федеральной раздробленности» и требуют от центра более решительных действий. Как устроен процесс принятия решений о борьбе с пандемией?

Федерализм, обусловленный историей 

Немецкая конституция предусматривает максимальную децентрализацию власти и государственных полномочий2. Это особенно важно в вопросах безопасности. Федеральный центр решает только задачи, которые действительно требуют участия высшего уровня власти — например, обороны страны и управления вооруженными силами. А вот работа полиции регулируется на федеральном уровне только в некоторых сферах, таких как охрана границ и контроль путей сообщения3. В основном же максимальный объем полномочий в Германии — даже в кризисных ситуациях вроде пандемии — остается за федеральными землями.

Такое преимущественно децентрализованное устройство немецкого государства, в том числе в сфере безопасности, обусловлено историей страны, и в частности историей немецкой демократии4. Чтобы не допустить повторения преступлений нацистского режима, необходимо было разделение властей и горизонтальное распределение полномочий между федеральными землями. Кроме того, можно вспомнить, что единое национальное государство — Германская империя — образовалось относительно недавно, в конце XIX века, а до этого немецкоязычный мир состоял из множества самостоятельных княжеств и королевств.

Ситуация в Германии не уникальна: во всем мире, и в Европе в частности, есть множество федеративных государств, организованных похожим образом. В Швейцарии, например5, децентрализация даже сильнее, чем в Германии, в том числе во многих вопросах, связанных с безопасностью6. И едва ли в Европе найдется страна спокойнее.

Поэтому чисто функционально совсем не обязательно, чтобы ключевую роль в обеспечении общественного порядка играли центральные власти, как того часто требуют в кризисных ситуациях. Всякий раз в результате длительных политических консультаций с привлечением экспертов решается, насколько в борьбе с конкретной угрозой нужно централизованное руководство и координация действия, а насколько — местная инициатива и самоорганизация.

Федерация vs. централизация: что эффективнее?

В ходе пандемии коронавируса это стало отчетливо видно на примере Китая. Как минимум на начальном этапе Китай явно превосходил Европу в плане решительности мер и контроля за соблюдением ограничений7. Однако со временем авторитарный режим показал свои недостатки (например, сокрытие вспышки эпидемии)8, а в некоторых федеративных государствах федерализм, пусть и с определенной задержкой, но все же доказал свою состоятельность — например, в той же Германии. Поначалу звучало немало критики по поводу отсутствия единой эпидемиологической статистики и согласованной концепции борьбы с инфекцией для всей страны. Зато потом стало понятно, что в Германии значительно больше таких материальных ресурсов, как больничные койки и лабораторные тесты, а распоряжаться ими можно более гибко, чем в большинстве централизованных государств9.

Это не значит, что при федерализме антикризисное управление всегда эффективно: яркий пример тому сегодня — США или Италия. Да и в самой Германии задолго до пандемии коронавируса шли активные дискуссии о том, не слишком ли много полномочий отдано на откуп федеральным землям в свете таких новых угроз, как терроризм10, уязвимость критической инфраструктуры и кибербезопасность11. Много говорилось о том, что эффективная защита безопасности в таких условиях невозможна.

Все эти соображения подспудно присутствуют и в дискуссиях о борьбе с пандемией. Здравоохранение в Германии — это сложная многоплановая система. На федеральном уровне работают такие учреждения, как Институт им. Роберта КохаИнститут им. Роберта Коха (das Robert Koch-Institut (RKI) — нем.) — главный федеральный исследовательский институт по изучению инфекционных и неинфекционных заболеваний. Находится в Берлине. Задача Института — наблюдение за возникновением и распространением рисков для здоровья среди населения, а также разработка необходимых мер для борьбы с этими рисками. Работа Института основана на диагностических, экспериментальных и эпидемиологических методах., и, в общем, с практической точки зрения, многое говорит за унифицированный подход к борьбе с распространением коронавируса и с другими эпидемиями. Для этого существует также федеральный закон о защите от инфекционных болезней12. Но он обязывает нижние уровни госвласти только фиксировать случаи заражения инфекционными заболеваниями и сообщать о них. Кроме того, на федеральный уровень возложены некоторые полномочия, связанные с закупкой лекарств, производством вакцин и ограничениями на поездки за рубеж. А конкретные повседневные меры по борьбе с эпидемией, например, ограничения социальных контактов граждан, остаются в Германии в компетенции земельных органов власти или местного самоуправления.

Также и многие другие сферы, важные в условиях кризиса, — например, образование или охрана общественного порядка — по-прежнему остаются исключительно в ведении земель или даже более низкого административного уровня. А канцлер не руководит непосредственно даже деятельностью федеральных министерств (Минфина, МВД, Минздрав и пр.), а лишь определяет так называемые основные направления политики13, то есть вместо принятия однозначных решений провозглашает общие руководящие принципы. Правда, в особых случаях могут быть созданы особые антикризисные штабы14, в которых заседают эксперты и политики разных уровней. Но эффективность сотрудничества в этих случаях зависит от доброй воли всех участников. 

Борьба с эпидемией и борьба за власть

Ко всему прочему, важную роль играют конкуренция и взаимодействие различных партий. Обычно у власти в Германии как на федеральном, так и на региональном уровнях находятся коалиционные правительства. У каждого партнера по коалиции своя сфера ответственности, а состав правящей коалиции в разных федеральных землях может отличаться. Вполне естественно, что, принимая решения, партии стараются показать свои отличия от других, и это распространяется практически на любую сферу. Поэтому не стоит ждать, что премьер-министры земель и другие региональные политики просто подчинятся требованиям Берлина. Оппозиционная СвДП, например, традиционно выступает против любой централизации, так что критика Кубицки в адрес канцлера неудивительна.

Наконец, не секрет, что внутри самой ХДСХристианско-демократический союз/Христианско-социальный союз (ХДС/ХСС) — крупнейшая политическая партия Германии, созданная после Второй мировой войны. Организована как блок двух независимых сил — общегерманского ХДС и баварского ХСС. ХДС не выдвигает своих кандидатов на выборах в Баварии, а ХСС — в других частях страны, лидер ХДС становится канцлером, если блок побеждает на выборах в Бундестаг. Большинство послевоенных канцлеров Западной Германии, а потом единой страны представляли именно это блок, в том числе Ангела Меркель. идет борьба за власть, и пока неизвестно, кто займет место Ангелы Меркель15. Так что, принимая самостоятельные решения и расставляя различные политические акценты, премьер-министры земель еще и заявляют о себе в преддверии предстоящих перемен в Берлине. Особенно это касается главы земли Северный Рейн-Вестфалия Армина Лашета, который активно выступает за скорейшее и масштабное снятие ограничений в общественной жизни и экономике. 

Противоположную позицию занимает премьер-министр Баварии Маркус ЗедерМаркус Зедер (нем. Markus Söder, род. в 1967) — действующий председатель баварского Христианско-социального союза (ХСС) и премьер-министр Баварии (с 2018 года). С 2011 по 2018 год — министр финансов Баварии. Перед его избранием на пост премьера ХСС получила на выборах в баварский земельный парламент худший результат в своей истории. Благодаря жесткой линии в борьбе с коронавирусом получил большую популярность по всей Германии и даже стал рассматриваться как один из возможных преемников Ангелы Меркель на посту канцлера. Как и весь ХСС, считается более правым, чем сама Меркель, но исключает сотрудничество с «Альтернативой для Германии».Маркус Зедер (нем. Markus Söder, род. в 1967) — действующий председатель баварского Христианско-социального союза (ХСС) и премьер-министр Баварии (с 2018 года). С 2011 по 2018 год — министр финансов Баварии. Перед его избранием на пост премьера ХСС получила на выборах в баварский земельный парламент худший результат в своей истории. Благодаря жесткой линии в борьбе с коронавирусом получил большую популярность по всей Германии и даже стал рассматриваться как один из возможных преемников Ангелы Меркель на посту канцлера. Как и весь ХСС, считается более правым, чем сама Меркель, но исключает сотрудничество с «Альтернативой для Германии»., который, в силу особых политических традиций Баварии, вряд ли рассчитывает на пост канцлера (ЗедерМаркус Зедер (нем. Markus Söder, род. в 1967) — действующий председатель баварского Христианско-социального союза (ХСС) и премьер-министр Баварии (с 2018 года). С 2011 по 2018 год — министр финансов Баварии. Перед его избранием на пост премьера ХСС получила на выборах в баварский земельный парламент худший результат в своей истории. Благодаря жесткой линии в борьбе с коронавирусом получил большую популярность по всей Германии и даже стал рассматриваться как один из возможных преемников Ангелы Меркель на посту канцлера. Как и весь ХСС, считается более правым, чем сама Меркель, но исключает сотрудничество с «Альтернативой для Германии». возглавляет ХСС — баварскую «сестринскую» партию общегерманской ХДС), но тем не менее пытается усилить собственное политическое влияние, придерживаясь особо строгих кризисных мер.

Взаимодействием всех этих факторов и объясняется такая оживленность дебатов в Германии. Одни выступают за гораздо большую централизацию и унифицированную политику по борьбе с инфекцией. Другие напоминают, каких успехов в борьбе с эпидемией удалось достичь благодаря прежней децентрализованной политике, и считают постоянную политическую конкуренцию дополнительным преимуществом при гибком и демократичном подходе к безопасности.

Пределы эффективности

Впрочем, такая система хорошо работает до тех пор, пока все ее участники сохраняют определенную готовность к конечному компромиссу. Так, предписания ведомства федерального канцлераВедомство федерального канцлера — высшая аппаратная структура ФРГ. Главная задача ведомства — обеспечивать канцлера информацией, необходимой для его или ее работы, в первую очередь через прямой контакт с министерствами. По данным на 2020 год, в ведомстве работают около 600 человек. Главное бюро ведомства находится в Берлине, а второе, дополнительное, в Бонне (бывшей столице Западной Германии).  и других берлинских министерств, как правило, все же выполняются в федеральных землях лишь с незначительными вариациями. А центральное правительство, в свою очередь, неоднократно сигнализировало о своей готовности к переговорам, чтобы учесть интересы федеральных земель и местного самоуправления. Такой статус-кво во время эпидемии коронавируса в целом показывает, что представляет собой так называемый «кооперативный федерализм» в Германии16.

Однако нет гарантий, что этот консенсус не будет нарушен, если существенно возрастут экономические издержки и усилится сопротивление общества первым антикризисным мерам. До сих пор граждане Германии в целом поддерживали все новые ограничения. Но социологические опросы и развивающаяся общественная дискуссия демонстрирует, что запас терпения, необходимого для жизни в таких условиях, уменьшается17. Парадоксальным образом некоторые эксперты и политики считают, что проблемой стали как раз успехи Германии в борьбе с пандемией, которые ослабляют бдительность общества. Именно поэтому канцлер Ангела Меркель не устает повторять, что слишком рано считать себя в безопасности и необходимо сохранять максимальную осторожность18. Наконец, в ближайшие месяцы ожидаются длительные дискуссии и переговоры о возможной передаче дополнительных полномочий и ресурсов на федеральный уровень19 — в частности, всего, что касается закупки основных медицинских товаров и обеспечения критической инфраструктурыКритической инфраструктурой называют сооружения, транспортные узлы и сети, без нормальной работы которых невозможно бесперебойное функционирование экономики и систем жизнеобеспечения страны. Это, например, ГЭС, атомные электростанции, водохранилища, газопроводы, железные дороги, аэропорты и др..

В целом, продолжающиеся в Германии споры вокруг борьбы с коронавирусной инфекцией доказывают, что кажущийся трудоемким, скучным и чрезмерно сложным федерализм — при сохранении взаимного уважения и демократии — становится преимуществом, стабилизирующим политическую систему. Однако его трудно описать в рамках краткой статьи, и, на первый взгляд, может показаться, что все это крайне расточительно с точки зрения времени, энергии и издержек на различных уровнях политической системы. Но решающим в итоге оказывается то, что ответственность за происходящее распределена между разными уровнями власти, так что местные правительства не могут отвлечь внимание от собственных недоработок и проблем, просто сославшись на далекую столицу. Все это позволяет надеяться, что и развернувшаяся в эти дни конкуренция премьер-министров и партий принесет пользу в сдерживании эпидемии коронавируса и в преодолении ее последствий.


1.Facebook: Wolfgang Kubicki 
2.Bogumil, Jörg (2007): Regierung und Verwaltung, in: Politische Bildung 4/2007 
3.kriminalpolizei.de: Deutsche Sicherheitsbehörden/Polizei und Föderalismus 
4.Bundeszentrale für politische Bildung: Demokratie als "Leitgedanke" des deutschen Föderalismus 
5.Neue Zürcher Zeitung: Das unvollendete föderale System Deutschlands 
6.CSS Analyses in Security Policy: Subsidiarity and Swiss Security Policy 
7.Atlantic Council: Is China winning the coronavirus response narrative in the EU? 
8.The Atlantic: China Is Avoiding Blame by Trolling the World 
9.The Guardian: Germany's devolved logic is helping it win the coronavirus race 
10.Legal Tribune Online: Wie weit dürfen die Kompetenzen des Bundes reichen? 
11.Legal Tribune Online: Wie weit dürfen die Kompetenzen des Bundes reichen? 
12.Robert Koch Institut: Infektionsschutzgesetz 
13.Bundeszentrale für politische Bildung: Richtlinienkompetenz 
14.Bundesministerium des Innern: System des Krisenmanagements in Deutschland 
15.Watson: «Hahnenkampf» in Corona-Zeiten: Wer wird Merkels Nachfolger? 
16.Bundeszentrale für politische Bildung: Zusammenarbeit im deutschen Föderalismus 
17.Arte: Umfrage: Akzeptanz für Corona-Politik lässt langsam nach 
18.ZDF: Merkels Regierungserklärung: "Wir bewegen uns auf dünnem Eis" 
19.Welti, Felix (2020): Das deutsche Gesundheitswesen im Lichte der Corona-Krise, in: Zeitschrift für sozialistische Politik und Wirtschaft, Nr. 236 
читайте также
Gnose

Маркус Зедер

Маркус Зедер (нем. Markus Söder, род. в 1967) — действующий председатель баварского Христианско-социального союза (ХСС) и премьер-министр Баварии (с 2018 года). С 2011 по 2018 год — министр финансов Баварии. Перед его избранием на пост премьера ХСС получила на выборах в баварский земельный парламент худший результат в своей истории. Благодаря жесткой линии в борьбе с коронавирусом получил большую популярность по всей Германии и даже стал рассматриваться как один из возможных преемников Ангелы Меркель на посту канцлера. Как и весь ХСС, считается более правым, чем сама Меркель, но исключает сотрудничество с «Альтернативой для Германии».

показать еще
Ингмар Бьёрн Нолтинг: Measure and Middle, © Ингмар Бьёрн Нолтинг/Ingmar Björn Nolting/laif (All rights reserved)