Медиа

Рафаэль Боссонг

С 2016 года научный сотрудник Фонда науки и политики (SWP), руководит направлением европейского права и внутренних дел. Ранее работал в Европейском университете Виадрина (Франкфурт-на-Одере), в Институте изучения мира и безопасности (Гамбург) и Институте глобальной публичной политики (Берлин), а также в Лондонской школе экономики. Сфера научных интересов — антитеррористическая политика ЕС, охрана европейских границ и миграционная политика, вопросы кибербезопасности и разрешения общественных кризисов. Изучал социально-политические науки в Кембридже, а также защитил диссертацию по международным отношениям в Лондонской школе экономики.

Гнозы

свежие гнозы

Кино и немцы

Если «немцы» на российском экране остаются воплощением абсурдной (если не смертельно опасной) расчетливости, то «русские» на немецком экране воплощают не менее абсурдную (и иногда не менее опасную) импульсивность. Историк кино Оксана Булгакова размышляет о взаимных стереотипах в российском и немецком кинематографе.
 

Антон Чехов

Культ Чехова сформировался уже перед Первой мировой войной. Однако он не был похож на большинство массовых культов: обожание вызывали такие его качества, как сдержанность, отсутствие высокомерия, ровность в отношениях с людьми, внутренняя цельность и забота о ближнем. Андрей Степанов — о русском классике, в котором Россия полюбила себя. 
 

«Северный поток — 2»

Новые санкции США ставят под сомнение реализацию проекта «Северный поток — 2» и угрожают европейским компаниям, принимающим в нем участие. Этот магистральный газопровод должен помочь Германии решить свои проблемы в области энергетики. Одновременно он, возможно, усилит энергетическую зависимость Германии от России. Споры о пользе и вреде обоих «Северных потоков» длятся уже более 15 лет. Вот главные аргументы сторон.

«Не все было напрасно»: чем похожи и чем отличаются ностальгия по СССР и «остальгия» по ГДР

В Восточной Германии «остальгия» приняла форму коллекционирования старых телевизоров, магнитофонов и резиновых космонавтов. Почему бывшие гэдээровцы так дорожат вещами – в гнозе историка Моники Рютерс.

Как устроено немецкое Рождество

Глинтвейн, сверкающие елки и горы подарков: наши представления о немецком Рождестве сформированы туристической индустрией, рекламными каталогами и кинематографом. Религиовед Елена Ромашко рассказывает о том, как немцы на самом деле отмечают свой главный праздник.
 

Петер Хандке

Выдвижение Петера Хандке на Нобелевскую премию по литературе 2019 года вызвало в европейской прессе ожесточенные споры. Александр Белобратов — об австрийском писателе, борющемся с «описательной импотенцией» в литературе и оставившем полемические записки о войне в Югославии.
 

Изображая жертву: о культуре виктимности

Где проходит граница между политической корректностью и ограничением свободы высказывания? Не живем ли мы в эпоху нового тоталитаризма, основанного на запрете оскорбления чьих-либо чувств? Ответы на эти вопросы сегодня ищут многие исследователи и активисты. Со-редактор dekoder и социолог Полина Аронсон о дебатах по поводу политики идентичности, микроагрессиях и попытках солидарности в «обществе сингулярностей».

Советский Союз и падение Берлинской стены

«Насколько мне известно, это вступает в силу немедленно... сейчас». Эти слова привели к штурму Берлинской стены. Ни Кремль, ни советское посольство в Восточном Берлине не были в курсе. Историческое решение об открытии стены поздним вечером 9 ноября было принято без согласования с советскими «друзьями». Ян Клаас Берендс о реакции Москвы на драматические перипетии 1989 года.

Любовь к ближнему: как христианские церкви Германии помогают беженцам

«Там, где государства не справляются, должны действовать церковные организации», – считают христианские богословы Германии. Теолог Наталля Василевич о том, как немецкие протестанты и католики организуют помощь беженцам. 

Чем отличаются восток и запад Германии

«Мы – один народ», – скандировали демонстранты в ГДР перед падением Берлинской стены в 1989 году. 30 лет спустя различия между восточными и западными немцами остаются важнейшей темой общественных дискуссий о немецком воссоединении. Кого можно назвать восточным или западным немцем? И в чем заключаются характерные «восточногерманские» черты?

© Christina Czybik (All rights reserved)