И в России, и в Германии граждане все больше озабочены вредным производством, которое пытаются без лишнего шума запустить подальше от больших городов. Как с этим борются немецкие активисты — в фоторепортаже Давида Кламмера.
Первую в мире вакцину от коронавируса, эффективность которой подтверждена на всех этапах испытаний, создала фирма, которую основали представители турецкой диаспоры в Германии — Уур Шахин и его жена Озлем Тюреджи. Как их достижения воспринимают внутри самого турецкого сообщества?
В начале пандемии COVID-19 фотограф Ингмар Бьерн Нолтинг проехал 9 тысяч километров по Германии, чтобы увидеть – и запечатлеть – жизнь страны на карантине.
В культурной памяти многих жителей бывшей ГДР скептическое отношение к объединению страны связано, в том числе, с тем, как шел переход от социалистической экономики к капиталистической. Руководило этими изменениями Ведомство по управлению госсобственностью, которое занималось приватизацией восточногерманских предприятий. О его истории и связанных с ней мифах рассказывает историк Маркус Беик.
В начале 1990-х годов Восточная Германия, как и Россия, столкнулась с необходимостью радикально реформировать социалистическую экономику. Как прошла приватизация в бывшей ГДР — и какой она осталась в памяти восточных немцев? «Декодер» спросил об этом у историка Мартина Беика.
Социолог Марит Кремер отвечает на вопросы «Декодера» о том, что делают европейские власти для того, чтобы повысить уровень интеграции европейских чеченцев. Достаточно ли этих усилий для преодоления влияния радикального ислама?
Немецкие «зеленые» имеют репутацию самой прогрессивной политической силы, выступающей не только за защиту природы, но и за открытость общества, борьбу со всеми видами дискриминации и защиту угнетенных групп. Журналист Александр Кисслер в статье для Cicero бросает вызов устоявшемуся взгляду на экологическую партию.
Лишь очень немногим политическим деятелям бывшего ГДР удалось занять место в общественной жизни страны после объединения. Особенно сложно это было для женщин. Сабина Бергманн-Поль, сделавшая успешную политическую карьеру при обоих режимах, рассказывает в интервью taz о том, с чем ей пришлось столкнуться после объединения – и почему разрыв между Востоком и Западом до сих пор не преодолен.
Во второй части статьи к тридцатилетию единой Германии Юрген Хабермас размышляет о причинах роста правого популизма в этой стране. По его мнению, в Западной Германии проработка нацистского прошлого всегда была неглубокой, а жителям Восточной не дали шанса на собственную рефлексию — сначала коммунистические власти, потом западные элиты.
Пандемия коронавируса изменила очень многое, в том числе контекст разговора о тридцатой годовщине объединения Германии. В любое другое время она была бы, что называется, «самоценной», а теперь словно отошла на второй план даже в самой Германии. Фундаментальная статья Юргена Хабермаса соединяет «коронакризис» с событиями 1990 года.