Стоило берлинским ночным клубам добиться признания как культурной ценности, как пришла пандемия и разом лишила их доходов. Владельцы клубов, часто выходцы из радикальной и левой арт-тусовки, вынуждены были обратиться за помощью к государству. Берлинский сенатор по вопросам культуры Клаус Ледерер объясняет, почему в этом случае она необходима.
«Мойте руки и сидите дома» — в начале пандемии COVID-19 рекомендации экспертов сводились к этой простой формуле. Но благодаря проведенным за прошедшее время научным исследованиям сегодня мы знаем о коронавирусе несколько больше, чем полгода назад; это знание (как и остающиеся вопросы) во многом будет определять и новые карантинные меры. Открывать ли школы? Закрывать ли границы? Носить ли маски? На эти и другие вопросы отвечает Zeit-Online.
1 августа в Берлине маршировало 20 тысяч ковид-отрицателей, выступающих против масок, социальной дистанции и других мер против коронавируса, в которых они видят нарушение своих свобод. Журналист и эксперт по экстремизму Олаф Зундермайер в нашем бистро отвечает, почему многие немцы больше не стесняются идти в одной колонне с ультраправыми.
В Основном законе Германии запрещается дискриминация «по признаку расы», однако теперь некоторые политики требуют убрать само слово «раса». По их мнению, само его использование делит общество на категории, что и служит источником дискриминации. Историк Кристиан Гойлен пытается разобраться, так ли это.
Памятники существуют лишь для того, чтобы рано или поздно становиться поводом для скандала. О том, почему «монументоборчество» — неудачный метод для осмысления прошлого, размышляет в колонке для Neue Zürcher Zeitung журналист и литературный критик Роман Бухели.
По-настоящему глубокие политические преобразования невозможны без отказа от простого разделения на «правых» и «левых», считает социолог Андреас Реквиц. Именно такое преобразование — смену политической парадигмы от динамизации на регулирование — переживают западные общества сегодня. О том, что за этим последует, Реквиц размышляет в журнале taz FUTURZWEI.
Католическая и протестантская церкви Германии ходят по тонкому льду: им нужно принимать ультраправых, как всех остальных прихожан, одновременно не принимая их политические идеи: антиисламизм, гомофобию и шовинизм. Политолог Вольфганг Шредер – о том, как церковь пытается усидеть на двух стульях.
«Коронакризис» отличает двойной шок — спроса и предложения: предприятия больше не могут вести свою обычную деятельность, а потребители перестают закупать товары и пользоваться услугами. Экономика просто останавливается. Как с этим борются в Германии?
Каково это — быть темнокожим депутатом в «белой» Германии? На примере Карамбы Диаби, депутата Бундестага от социал-демократов, газета NZZ пытается понять, насколько остро стоит расовая проблема в ФРГ — или же сама по себе его парламентская карьера говорит, что она во многом решена.
Многие десятилетия труд остарбайтеров — людей, принудительно вывезенных из СССР на территорию Германии в годы Второй мировой войны, — оставался одной из наименее изученных сторон нацистских преступлений. О том, как историки работают с воспоминаниями выживших, — в статье Андреи Ремзмайер на сайте Deutschlandfunk.